Дуешь с мягким знаком

как и чем утеплить стены в квартире? - ЯПлакалъ

Идеальный разрез, ТАЙНЫЙ ЗНАК БЛАГОДАТИ, говорит он мне, хотя сам в Бога не верит и когда Мясник поволок наружу что-то черное, мягкое, я решил, это какой-нибудь заграничный ковер . Словно дуешь любимой в ушко. - ). Берёш буришь-дуешь-буришь-дуешь-буришь- Ну вот почему буришь и дуешь с мягким знаком, а берешь - нет?. Знак в виде креста с загнутыми под прямым углом концами - орнаментальный мотив в древних культурах, в искусстве Мягкий, ковкий, тяжелый металл синевато-серого цвета. сов. последовать, -дую, -дуешь ( к 1, 3 и 4 знач.).

Удобная посадка, сиденья — супер, подогнаны идеально, водительское кресло, помимо всех регулировок, теперь поднимается и опускается целиком, как раз этого не хватало. Салон отделан неплохими материалами, и полностью чёрный салон - редкая красота!

Там же, на отгрузке, сравнил с Марком с коричневым салоном: Немного разочаровало стекло на датчиках - слегка поцарапанное, и это вечная проблема на тойотах, эти стекла царапаются даже от тряпок, уж можно было как-то решить эту проблему.

Рулевое колесо удобное, но как обычно закрывает половину приборной доски. Порадовал ионизатор, подогрев зеркал и регулируемый ксенон, очень удобно. Встроенный сд-чейнджер удивил простотой.

Это сейчас все автомобили с такой приблудой, а в то время это была диковинка! Кондиционер регулируется на сенсорном экране - приятная новинка, некоторые функции правда на иероглифах, но методом тыка разобрался во всём.

Шумоизоляция на высоком уровне, до этого ездил на Королле, так после неё Марк показался подводной лодкой. На высоких оборотах движок работает, как будто ветер дует. Места сзади стало. Дальше пошли ложки дегтя. Как мне объяснили на шиномонтажке — наварка, на лысую резину наваривают протектор, и на продажу. Визуально не придерешься, а в движении начинаются проблемы, и на большой скорости может просто расслоиться, и костей тогда не соберёшь.

Друга не обвинишь, резину брал в магазине, ДВД проверял — всё работало. Мораль той басни такова — бери машину в чистом виде, а уж на месте и обувай, и аппаратуру устанавливай, будет с кого спросить. По пути следования выяснилось отсутствие домкрата, и сдох аккумулятор. Привычный перезвон во Владик — аккумулятор стоял новый, домкрат был в наличии, хвала работникам железной дороги, снимают всё, что можно, подозревал, что и ДВД запороли сопровождающие, по приезду так и выяснилось, видимо в подпитии толкали по два диска одновременно, заклинило механизм.

Не сняли только потому, что в описи был, и на том спасибо. На трассе — очков вперёд, лошадей бегут резво и не напрягаясь. Как-то в меру жесткая, в меру мягкая. Со многими машинами сравнивал, но такой сбалансированной работы подвески ни с чем сравнить. За много лет производства этой марки, видимо, устранили все погрешности и довели до совершенства. Расход топлива — в среднем 10 литров на трассе, в городе Мягкость согласных перед гласными выражается гласными буквами.

Не вводить сочетаний букв для изображения одного звука. Свести к минимуму диакритические знаки, отдельные от корпуса буквы. При разработке примерных проектов алфавитов изложенные требования были проведены с возможной последовательностью; некоторые отступления в частностях оказались необходимыми при совокупном применении всех требований к конкретной системе письма и графики.

Яковлев председательпроф. Сухотин, ученый секретарь Главнауки Г. Об итогах работы комиссии. Что переход в ближайшее время русских на единый интернациональный алфавит на латинской основе неизбежен и оправдывается следующими соображениями: Алфавит на международной латинской основе укрепит и разовьет единение пролетариата СССР с пролетариатом Запада и Востока напр.

В году перешла на латинский алфавит дружественная Советскому Союзу Турецкая республика с 9 млн. Переход русских на латинский алфавит явится началом перехода всех народов СССР на единый алфавит на латинской основе.

Кауфмана, Ильминского и другие документы и в то же время наследием экспансии русского царизма за рубежом появление русского гражданского алфавита взамен кириллицы в Болгарии и Сербии.

Он до сих пор связывает население, читающее по-русски, с национально-буржуазным традициями русской дореволюционной культуры. В руках пролетариата СССР унифицированный латинский алфавит НТА служит средством проведения культурной революции на советском Востоке на базе социалистической реконструкции народного хозяйства.

Такое решение вопроса диктуется необходимостью сохранить и крепить в интересах пролетариата его международные связи. Переход на латинский алфавит окончательно освободит трудящиеся массы русского населения от всякого влияния буржуазно-национальной и религиозной по содержанию дореволюционной печатной продукции.

Конечно, все ценное из области художественной и научной литературы должно быть переиздано на новом алфавите. Вопрос о латинизации русского алфавита возник с зарождением русского частично-латинизированного.

Подкомиссия не сомневается, что конкретная постановка вопроса о латинизации вызовет бешеное сопротивление со стороны всех реакционных элементов, а также граждан, не вполне порвавших с чуждой интересам пролетариата идеологией. Подкомиссия уверена, что проработанная ею проблема будет поддержана всей передовой советской общественностью.

Экономия по издательской промышленности и по расходованию писчей бумаги от перехода на латинский алфавит составит только за один последний —33 год пятилетки минимум Экономия типографского металла для отливки шрифтов, а также для наборных машин и стереотипов составит в среднем Переход позволит провести полную стандартизацию типографского оборудования, коренную рационализацию производства, приведет к значительной экономии в кубатуре типографий, повысит производительность труда и обеспечит максимальную нагрузку шрифтов.

Это составит в цифрах за оставшиеся три года пятилетки по самому минимальному подсчету 1. Все виды экономии по полиграфической и издательской промышленности не ограничатся только ближайшими годами, но по мере развития этих отраслей производства будут возрастать из года в год, в связи с ускорением темпов социалистического строительства в СССР.

Важно отметить, что эта экономия идет почти целиком за счет сокращения импорта бумаги и цветных металлов. Человек с Петровки на второй же день сказал, что надо рвать когти.

К Владику повадились кредиторы, с помощью бандюков отобрали машину, пятикомнатную квартиру на Смоленской и недостроенный кирпичный особняк на берегу Истринского водохранилища, при этом сам Владик чудом остался жить.

Дуракам везет, констатировала этот, сам по себе удивительный, факт бухгалтер Птицына. Впрочем, наведались и к. Но у нее никаких денег не оказалось: С Птицыной решили ничего не брать, поскольку брать было нечего.

Так, припугнули пистолетом, переделанным из газового, — на всякий случай. Сидела в офисе, что-то считала на компьютере, но чаще играла в игры и раскладывала пасьянсы; больше всего она любила раскладывать косынку — всё сходилось. Хельга прочила ее на курсы бухгалтеров, намереваясь сделать своей правой рукой.

Анна, собираясь на курсы, пила с клиентами кофе с ликером, куда-то факсовала по-быстрому, когда велела Птицына. А также дважды ездила в Рим по мебельной части, и в их с Гобоистом спальне именно таким макаром выплыл итальянский гарнитур — неликвид.

Жизнь в фирме вплоть до закрытия шла самая уютная. Сотрудники подтягивались часам к одиннадцати. Кофе, женский треп, обсуждение обновок и куда ехать на курорт, косметичек, гомосексуальных парикмахеров, нежных массажистов, а также того, какие мужики козлы. Изредка у фирмы всплывали богатые партнеры, тут уж жизнь и вовсе превращалась в фиесту, как написано у одного французского писателя: Там Анна преимущественно занималась употреблением три раза в день по приличному куску страстно любимого ею штруделя.

Кстати, именно в результате этой поездки у Анны и появился подержанный опель цвета баклажан. Тогда же она завела манеру называть Гобоиста — Кока, от чего того всякий раз передергивало: Более того, она обучила этому и свою дочь, и в редкие минуты, что они оказывались вместе, Женя, ставшая уж вполне созревшей девушкой, правда, малорослой, в бабку, но с совершенно детским личиком, тянула, кривляясь: А ведь когда-то он качал эту девочку на коленях, делал козу, водил в зоопарк и в кафе-мороженое Отношение Анны к Гобоисту, конечно же, претерпело за полтора десятка лет изменения.

Она, как многие мещански воспитанные женщины, не прощала ему собственных измен. К тому ж не переносила его пьяным, а пьяным он бывал все чаще: Теперь она его жалела с чувством некоторого пренебрежения. А ведь когда-то, в пору ослепления его блеском, была до дрожи влюблена. Мужчин с такими длинными пальцами у нее никогда не было: Правда, за время их романа она дважды собиралась выходить замуж: Оба этих романа, хоть и длились по два-три года, протекли совершенно незаметно для Гобоиста, чем Анна тоже была недовольна.

Но она любила своего Костю и в свое время обоим отказала. А теперь, конечно, не могла простить Гобоисту и этих неслучившихся перспективных браков, которые открыли бы ей путь в высшее общество — как она это понимала.

Кроме того, у них, как у всякой порядочной пары, была легенда. Якобы на концерте в Малом зале Консерватории она, тогда еще юная девушка, преподнесла ему цветы, и он ее запомнил.

Она-то не помнила ничего, но Гобоист описал ей ее тогдашнее платье, даже серебряный поясок на тоненькой тогда талии, и это сбило Анну с толку: Читала, и засыпать было. Когда гладила постельное белье — Гобоист брезговал прачечными, — думала о высоком, как было велено.

Как пишется "пойдешь" или "пойдеш"?

Вырисовывалась большая гора, по которой ей предстояло лезть. Лазила она плохо, к тому же боялась высоты. При этом смотрела на себя со стороны не без юмора. У нее было довольно развитое чувство юмора, но оно начисто исчезало в присутствии Гобоиста. У нее вообще в его присутствии многое атрофировалось.

Это, наоборот, начинало бешено работать, а когда он клал ей руку на загривок, у нее дрожали колени и руки. Так не было ни с ее мальчиком, хоть тот и был поначалу как помешанный, не говоря уж о сокурснике: Но понятно, что так не могло продолжаться вечно, и Гобоист теперь спал в своем кабинете Хельга — просто находка, — хоть и была моложе Анны, в эту кризисную пору, когда Анна, наконец, стала законной женой Гобоиста, многому ее научила. Есть же женщины, умеющие относиться к мужчинам по достоинству.

Переводя с женского, в грош их не ставить. Хотя изредка можно использовать по прямому назначению, выражение Хельги. Скажем, тот же Владик: Так что залезть в его сейф и обобрать до нитки — только справедливо: У Анны было смутное подозрение, что такая постановка вопроса смахивает на проституцию. Глядя на свинячий Хельгин пятачок вместо человеческого лица, мелкие близорукие глазки, двойной подбородок, Анна задумывалась: Сама Хельга и развеяла сомнения, будто мысли читала: Ага, подумала Анна, ну и дурой же я была О возрождении Феникса речи быть не могло, но и голову пеплом мадам Птицына посыпать не хотела.

Впрочем, о процессе по делу ее степняков, которых она учила пользоваться русской баней, уже писали в газетах. И нужно было лежать на дне.

Но ведь кое-что у нее все-таки осталось: Во-первых, кредиторы ничего не прознали о фирме Хельга и Друзья, и на складе, и по магазинам оставалось еще немало нераспроданной итальянской и финской мебели. Во-вторых, она, не будь дурой, вложила деньги в две секции этого самого Коттеджа недалеко от Городка, оформив обе на имя мужа, милиционера Птицына, и об этом бандюки не узнали.

Не говоря уж о том, что у нее был тайный счет, на котором повисли пусть небольшие для бизнеса, но вполне приличные для семьи деньги. Птицына относилась к Анне с искренней симпатией. Симпатия у такого сорта людей как-то естественно сочетается с расчетом, а Птицыной, быть может, отчего-то казалось, что Анна может ей в будущем пригодиться. Кроме того, она испытывала свойственную подчас мелким жуликам подсознательную тягу к интеллигенции: Птицына считала Анну интеллигенткой.

Так или иначе, но бухгалтер и химик Птицына вошла в положение Анны. А положение было таково, что Анна, приехав к Птицыной на Коровинское, за кофе с коньяком расплакалась у той на груди. Хоть с возрастом, казалось Анне, уже совсем разучилась плакать. Она ума не могла приложить, как скажет своему Гобоисту о том, что его деньги пропали.

То есть совсем пропали: И что он, прожив полвека на свете, бездомен и нищ. То есть совсем бездомен и обречен ютиться в маленькой комнате-пенале от ее, Анны, щедрот. Анна представила, как Костя сидит, нахохлившись, на ее кухне, пьет дешевую водку, прибитый, старый, с редеющими волосами, и в глазах его стоит ужас человека, вдруг потерявшего всё, и ей до слабости в душе было его жаль.

А это было нечастое для нее чувство — сострадания, — а потому особенно пронзительное, до жалости к самой. Но хуже всего было то, что оказался Костя — так он будет думать — в этом положении в результате ее, Анны, авантюр.

Впрочем, она, разумеется, не была склонна себя в чем-либо винить, он сам дал ей эти деньги, а в дефолте она не виновата. Но все же, все же Анна знала, впрочем, что Гобоист, сначала взвившись, потом покручинившись, быстро смирится с судьбой, едва она расплачется у него на груди, и ее же пожалеет.

Это смирение и жалость были Анне тоже невыносимы, — выходит, она много лет любила блаженного дурачка И тут Хельга совершила, быть может, самый ужасный поступок в своей жизни, поскольку ужасным мы можем назвать свой поступок, совершенный поперек собственной натуры, — она вернула долг. А ведь дефолт все спишет, вполне могла и не возвращать — пусть этот самый музыкант побегал бы по судам с Владиковой липовой распиской, замулякой хреновой, как алхимик Птицына называла ложные и недобросовестные бумажки.

Пусть судебный исполнитель пришел бы к нищему Владику, который ютился теперь у своей жены в однокомнатной квартире в Чертанове и пригибал голову при каждом звонке в дверь, — общение с бандюками не прошло даром. Конечно, денег для возврата долга у Хельги не. Были две секции в этом самом Коттедже. И одну она уступила Анне. Разумеется, эта самая секция в Коттедже стоила на треть меньше той суммы, что дал Гобоист. Но — всё лучше, чем ничего, как считает наш терпеливый народ-буддист И Анна понесла эту счастливую весть Гобоисту.

Поначалу тот был, разумеется, потрясен. Но, как уже говорилось, его легкий нрав не позволял ему долго скорбеть. В середине апреля, прямо перед Костиным днем рождения, он и Анна сели в автомобиль; супруги Птицыны в качестве продавцов, таков был их статус при передаче недвижимости, ехали на своей вольво сзади, как бы конвоировали; и кавалькада покатила по Волоколамке к Городку, бывшему в незапамятные времена центром небольшого удельного княжества.

В начале пути Гобоист был как-то надрывно мрачен. Когда они прибыли к Коттеджу, он, в своей гастрольной жизни повидавший европейских красот, но давно не странствовавший по родине, был ошеломлен пейзажем. Он обалдело смотрел на клевавших в помойке кур. Рассеянно оглядел мужика в телогрейке и кирзе, тащившего на хребте мешок. Он обошел тогда не заселенный еще Коттедж кругом, ковырнул носком дорогого английского ботинка кусок битого кирпича. Согласился ознакомиться со своими будущими апартаментами.

Огромные куски отслоившихся за зиму в перемерзшем доме обоев свисали тут и там рваными клоками. Повсюду в грязи валялись пустые бутылки, отчего-то не сданные строителями в ближайшую лавку.

Перила лестницы, ведущей на второй этаж, качались. Везде были мразь и запустение, не работали водопроводные краны. Сортир не работал. Окна с момента застекления никто, разумеется, не мыл, и за грязными разводами на стеклах можно было увидеть искаженный пейзаж, кривые деревья и тинного цвета небо над ближними хижинами. Стоял запах гнили и разложения, будто в соседней комнате прошлой весной забыли ветчину. Посреди кухни на первом этаже лежала куча говна Гобоист вздрогнул и поспешил вон.

И стала разливаться соловьем, поддерживая Анну, но и войдя в привычную роль продавца: Это ж надо, до чего же мы, то есть Птицыны и Анна с Гобоистом, живем теперь близко от реки. А скоро расцветет сирень. И всё-всё будет в зелени.

Рисуешь and Дуешь Markers – Купить Рисуешь and Дуешь Markers недорого из Китая на AliExpress

Она, химик Птицына, уже заказала несколько машин земли, и участок вокруг их двух секций будет засыпан и унавожен. А вон там и там кусты рябины, видите, Константин. А промеж их смежных участков все будет в кустах крыжовника и смородины, черной и белой, на красную у дочки Тани аллергия. У дедушки на даче все в кустах красной смородины, а черной нет, что глупо, потому что ее можно проворачивать с сахаром И что неподалеку дивной красоты Саввино-Сторожевский монастырь.

И тут впервые совсем уж пригорюнившийся Гобоист изъявил некоторый интерес.

Отзыв Toyota Mark II 2.5 i 24V (2002 г.)

И запела о том, что рядом — молочная ферма и каждый день можно брать парное молоко. Птицына рассказала еще, что они знают пляж. Гобоист не понял, о чем идет речь, подумал, что супруги изучили пляж; но мадам Птицына имела в виду, что они на реке нашли место, которое может сойти за пляж. Гобоисту еще предстояло обучиться птицынскому языку. Гобоисту все равно деваться было некуда. Впрочем, его оставлял совершенно равнодушным весь этот набор: Ему пришло в голову поинтересоваться, где поблизости публичный дом, но он с полным основанием решил, что мадам Птицына шутки не поймет.

А может быть, упаси Бог, примет на свой счет. Он думал о том, как причудливо складываются судьбы людские. Что еще пару лет назад ему не могло привидеться и в белой горячке, что будет он обретаться среди кур и навоза, не имея другого угла. Что он попадет в ссылку. А это была именно ссылка. Что ж — от сумы да от тюрьмы, как говорят у нас в России Он с христианским смирением думал о том, что послано все это ему в наказание за слишком легко прожитую жизнь, за успех и деньги, за поверхностное и потребительское в течение стольких лет отношение к Анне, за эгоизм.

Он согласен был платить по этим счетам, поскольку чувствовал: Как он будет здесь жить, он плохо себе представлял. И помышлял о самоубийстве. О том, чтобы повеситься, думал с отвращением. Равно как и об отравлении — уж больно неэстетично, начнет еще рвать. Легче всего ему представлялось, как он разрежет себе вены. Как настоящий римлянин, спасая честь. Делать это надо в ванне. Положить левую руку на край, левую потому, что головой следует лечь в сторону, противоположную кранам, чиркнуть бритвой, и пусть себе стекает.

Взять бутылку хорошего коньяка, очень хорошего, и томик Блока. Он понимал, разумеется, что такой план может прийти в голову лишь подростку-психопату, который боится провалиться на экзаменах. И гневался на себя, с одной стороны, за то, что фантазия эта навязчива, а с другой — что то и дело ловил себя на мысли: Он отдавал себе отчет в том, что эти инфантильные суицидальные поползновения смехотворны хотя бы потому, что не подкреплены должной решимостью умереть.

И тем не менее он не мог не думать об этом время от времени, как о всегда возможном выходе. И тут же гнал от себя эту мысль, думая при этом об Анне. В последние годы он стал не то чтобы религиозен, но носил крест, тот самый, оловянный, нянькин, на шнурочке, который умудрился-таки сохранить, изредка заглядывал в церковь, ставил свечки, молился, подчас заставлял себя до конца отстоять службу.

Однажды пристроился было в длинную женскую очередь — к причастию и с отвращением представлял, как должен будет целовать попу руку. Так и не достояв, отвернулся и покинул храм. Нотариусы, БТИ, жилищные конторы, — он никогда с этим не справился бы, если б не Анна. С каждым днем Гобоист все отчетливее осознавал, что они фактически поменялись ролями: Она была приспособлена к жизни, он —. Он и прежде полагался на импресарио, режиссера, на подруг, всегда помогавших по мелочам: Позже все эти житейские заботы взяла на себя Анна.

Он же творил, то есть зарабатывал своим искусством, и не менее искусно тратил. И теперь, оказавшись в новой истории, он чувствовал себя в полной от жены зависимости. А ведь в благоприобретенной его обители еще конь не валялся. Там нужно было делать ремонт, подключать трубы и краны, приобретать газовые и электрические приборы, потом перевозить остатки мебели из его квартиры, не поместившиеся у Анны и перегруженные в гараж.

Упаковывать посуду, ноты и книги Все чаще у Гобоиста повышалось давление, он чувствовал общую слабость в теле, кружилась голова; он хлебал коньяк, к вечеру делалось лучше, но утром, понятно, только еще хуже. Тогда он жрал какие-то таблетки и постепенно обнаружил, что на его ночном столике накопились какие-то пузырьки и упаковки — как у старика. Он с удивлением, с раздражением на самого себя все больше убеждался, насколько не справляется с простой, обыденной жизнью.

Его навыки филармонических интриг, ювелирная тактика гастрольных маневров, умение разбираться со своими музыкантами, людьми по большей части взбалмошными, подчас склочными, его способность схватывать на лету все, что связано с его профессией, — все это, оказалось, не имеет ни малейшего отношения к повседневной рутине.

К тому ж он со страхом предчувствовал, что люди, среди которых ему предстоит здесь существовать, совсем не такие, среди каких он прожил жизнь. Это, может быть, не была иная порода, но как бы другой подвид. Ведь он их вовсе не знает, простых людей своей страны, всегда обретавшихся с ним рядом, вокруг него, ходивших в те же школы, магазины и киношки. Их привычки, повадки для него в диковинку, и даже их язык он не совсем понимает.

Она умела ко всем подладиться и со всеми договориться. Она, так долго пробывшая с ним бок о бок, оказывается, была ближе к ним, чем к. При этом Анна и его, Гобоиста, хорошо понимала. Что бы ни думал о ней Костя, она-то знала о себе, что совсем не глупа. И сейчас, когда наблюдала своего Гобоиста без прежней трепетной влюбленности, то видела, что в нем пыла больше, чем мощи, что воспламеняется он быстро, но под этим нет настоящей силы; не говоря уж о его восторженности, которая подменяет и глубину, и постоянство; и, кроме того, те порывы, что возносят его ввысь, воодушевляют думать о высоком, как он не без самоиронии выражается, сочетаются в нем с рассудительностью, а в последние годы даже с мелочностью И она скорее чувствовала, чем осознавала, что за мелочностью этой стоят неуверенность и страх.

А ведь она привыкла думать, что он всегда уверен в себе, зачастую даже чересчур, до почти самодурства и самолюбования. Впрочем, сейчас Анна сочувствовала ему: Конечно, ее раздражала его беспомощность, которую она расценивала как безволие, хотя скорее это была растерянность. Но понимала и причины его расслабленности: И она не уставала повторять ему, что именно здесь он наконец-то исполнит свою мечту и начнет сочинять.

Дело в том, что, как почти всякий настоящий музыкант, Гобоист не избежал тщеславной мечты самому писать музыку, сочинить хоть пару опусов для своего квинтета. О чем и говорил Анне на протяжении многих лет. Она привыкла к этому свойственному подчас даже сильным и профессиональным мужчинам прекраснодушию — я еще такое напишу — и теперь играла на этой слабости. И делала все возможное, чтобы как можно уютнее и удобнее для мужа обставить и обустроить его новое загородное пристанище, выглядевшее пока так уныло.

Сама она все, что лежало за кольцевой дорогой, терпеть не могла. Но объясняла матери, которая принялась укорять ее заботами о Коттедже при небрежении к родительской даче: Анна и Гобоист в процессе налаживания дачного быта — а это потребовало немалых усилий и немалых денег — сошлись на том, что уик-энды Анна будет проводить с ним, здесь, на даче. А он, если нет дел в Москве — Гобоист неотвратимо делался, так сказать, всё свободнее, — будет проводить за городом большую часть времени и сочинять.

Новый год они, конечно же, будут встречать тоже. И что, наконец, заведут собаку. Боксера, как давно мечтали. В детстве у Костиного соседа и приятеля была рыжая боксериха, и она катала мальчишек на санках, как пони в зоопарке. С тех пор Костя относился к боксерам с ностальгической нежностью и застывал на улице, если мимо проводили морщинистую курносую псину с грустным и умным лицом. Мало-помалу Гобоист стал примеряться к неизбежному своему будущему. И вот однажды он, пыхтя и фыркая, затащил в их московскую квартиру велосипед.

Правила написания мягкого знака ь

Хороший, наверное, Анна в этом не разбиралась: Прибамбасы, так это называется, знала Анна. Наверное, дорогой велосипед, подумала она, но не в цене было. Она поняла, что усилия ее были не напрасны, муж смирился и как будто увидел во всем происшедшем хорошие и удобные стороны. Ее утвердило в этом умозаключении еще и то, что муж называл велосипед машиной. И Анна испытала облегчение. И в июле состоялся переезд. На первом этаже были гостиная и кухня. На втором — хозяйская спальная, вторая спальная, самая уютная во всем доме, — Анна упорно называла ее детской, Жениной, комнатой, а Гобоист не менее упорно гостевой; наконец, кабинет Гобоиста с видом на деревню, на сад, на соседок-старух, на ветхую их избенку, на сарай, на кур и петухов.

Вдали, за последними крышами поселка, синел сосновый лес, и по ночам где-то на краю улицы мигал колеблемый ветерком единственный фонарь. И Гобоист, стоя в кабинете у окна, испытывал нежданное чувство умиротворения, странно замешанное на сладком нетерпении: Надо сказать, что и соседи по Коттеджу не дремали. В этот начальный период освоения нового жилища всеми владел веселый азарт, как перед коллективными сборами в обещающее быть счастливым путешествие.

Все стремились помогать друг другу, переходили из рук в руки молотки и ножовки, мужчины вместе посасывали на солнышке пивко, вечерами семьями жарили шашлыки, запивая водочкой. С гордостью показывали приобретения и изобретения.